?

Log in

No account? Create an account

trust_every_1


SINGVLART

существует и единственно


Entries by category: литература

Люк Босси "Манхэттен по Фрейду" vs. Джон Дос Пассос "Манхэттен"
trust_every_1
 
Я в восторге
      от Нью-Йорка города.
Но
   кепчонку
    не сдерну с виска.


 Маяковский, из цикла "Стихи об Америке"


Не все книги, на обложке которых значится слово “Манхэттен", одинаково полезны. Проживя в этом городе более года, ваш покорный слуга и несостоявшийся эмигрант успел накопить немало самых разнообразных воспоминаний, достойных быть когда-то записанными. Не так давно в поле моего зрения попали два любопытнейших образчика печатной продукции о Городе желтого дьявола. Разница между ними так же огромна, как огромна пропасть между опытом туриста, попавшего в Нью-Йорк на выходные, и опытом чужака, застрявшего в его тисках всерьез и надолго. Итак, сколь ни предвзято будет мое мнение, все же рискну дать общую рецензию на такие непохожие тексты.

Роман Люка Босси - это page-turner, со всеми вытекающими отсюда достоинствами и недостатками.  Зашкаливающий динамизм повествования, острота сюжета, разворачивающегося с бешеной скоростью в декорациях величайшего города мира, звездный "актерский состав", подковерные игры американских промышленных и финансовых воротил, злой гений-масон, плетущий сети своего адского замысла, вдохновляясь древними алхимическими ритуалами - все это, по мнению автора, должно обеспечивать успех книги у читателя. По факту же успехом эта книга будет пользоваться лишь у того читателя, который находит удовольствие в превдоисторических опусах господина Дэна Брауна. Более требовательная к качеству прозы публика сразу поймает Босси на том, что Нью-Йорк для него - действительно лишь декорация. Автору нужно, чтобы читатель не зевал в процессе чтения, и если этой цели служит атмосферная манхэттенская клоака Файв Пойнтс, она найдет свое место в тексте, будьте уверены. А что же Фрейд с Юнгом? Им отведена достаточно несоответствующая их солидному статусу пионеров психоанализа роль: они гоняются по всему Манхэттену за убийцей-алхимиком, параллельно оттачивая свои аналитические способности на всех, кто попадется под руку, от полицеских и дам из высшего общества, до самого Николы Тесла. "Киношность" сюжета обьясняется просто: мсье Босси  - сценарист и продюссер с внушительным послужным списком кинофильмов, и только одним романом, каковым и является "Манхэттен по Фрейду". В таких случаях обычно говорят, что творческая энергия автора пошла не по тому руслу.

Что до Дос Пассоса, то его активно пропагандируют ценители Джойса, обещая полное погружение в Город и фотографическую дотошность описаний. Стоить особо отметить, что текст Дос Пассоса тоже кинематографичен, но как же сильно отличается эта кинематографичность от той, которую в хвост и в гриву проституировал Босси! Пассос много смотрел фильмов Эйзенштейна, видимо, даже слишком много, потому что его роман построен на принципе монтажа, одним из первых введенном в кинематограф именно гениальным советским режиссером.  Огромное количество небольших по размеру кусочков, сшитых в единое полотно. Цветастый коллаж, в котором мелькают лица из совершенно разных социальных страт. Как на скоростных лифтах, одних героев Пассоса Большое Яблоко в одночасье возносит с самого дна до головокружительных высот, другие несутся с такой же скоростью в противоположном направлении. Молочник становится сенатором, а бержевой гений - спивается и спит в парке на лавочке, аки бомж. Но и молочника, и сенатора, и всех остальных вирулентный город цепко держит в своих лапах, и вырваться из его обьятий удается лишь в конце романа только одному герою. Не случайно оригинальное название романа звучит как Manhattan Transfer (второе слово было по каким-то причинам опущено в русском переводе), а одно из значений слова "transfer" - перенос (инфекции). Пассосу, кстати, здорово досталось от воинствующих ура-патриотов, свято верящих в Великую американскую мечту, но прав был Хэмингуэй, сказавший: "Дос Пассос - единственный из писателей США, оказавшийся способным показать европейцам реальную Америку, которую они найдут, приехав туда". Как по мне, роман является обязательным к прочтению (как и "Тени в раю" Ремарка) для всех, кто подумывает "свалить". Пища для размышления - гарантирована.

Мариам Петросян "Дом, в котором"
trust_every_1
80363604_large_IMG_1074"Дом, в котором" - большая светлая книга. Причем эти три слова смело можно было бы написать с заглавных букв. Об этом романе не высказался в письменном виде только ленивый: вот уж действительно "книга, о которой говорят"! А что, собственно, в ней такого? Кому она нравится, а кому читать ее категорически нельзя? Позволю себе внести в этот спор свои пять копеек.

Книга про Дом, то есть интернат для детей-инвалидов, обладает удивительным свойством: читая ее, ловишь себя на мысли, что увечья героев вылетают из головы, то есть ты просто забываешь, что тот или иной герой не может ходить или не имеет рук, незряч или горбат. Почему? Автор выводит их не как калек, а как нормальных здоровых людей, которые испытывают определенные неудобства по той или иной причине, но не более того. И это не пресловутая набившая оскому политкорректность западного пошиба, когда карлика называют "вертикально ограниченным", колясочника "physically challenged", а незрячего "visually impaired" (даже не могу подобрать верного русского эквивалента этим словосочетаниям). Кому интересно, отсылаю к замечательному и местами смешному эссе Умберто Эко "О политкорректности". Текст гуглится за пять секунд, но не в этом дело. Я веду к тому, что "Дом" Петросян, - это не обитель депрессивных и суицидальных калек (хотя чего греха таить, такие там тоже есть). Но даже самый трижды депрессивный и суицидальный паренёк по кличке Лорд участвует в феерическом споре: кто быстрее залезет на крышу без посторонней помощи (внимание!) по пожарной лестнице - безрукий или безногий?

ДалееCollapse )

Мишель Фуко "История безумия в классическую эпоху"
trust_every_1
      Кого кого, а Мишеля Фуко никак нельзя обвинить в беспомощности его философских текстов. Такое обвинение можно повесить на Канта, на Гегеля, на худой конец на Хайдеггера, но вот на Фуко - не выйдет. Может, потому, что Фуко - не философ? Нет, с этим у француза все в порядке, и книга "История безумия в классическую эпоху", - тому прямое подтверждение.
     Труд этот был включен в мой списочек "на почитать" достаточно недавно, хотя про так называемых безумцев я читал много чего. Начиная с, прости Господи, "Вероники" Коэльо, и заканчивая "Черным обелиском". То есть было мнение, что в теме я более-менее подкован. Фуко показал мне, как сильно я ошибался; его труд - это клондайк информации по совершенно разнообразным областям знания.
     Скажу заранее: книга не-художественная и местами ОЧЕНЬ сложная для понимания. Любителям расслабиться расслабиться не выйдет! Иногда ловил себя на мысли, что переворачиваю страницу, ничего не уловив из предыдущей, потому что автор вошел в раж и включил режим "зауми". Зачем вообще он написал эту книгу? Видимо, чтобы развенчать мифы, окружающие рождение психиатрии как науки, и ее отцов-основателей, англичанина Тьюка и француза Пинеля. Это произошло на рубеже 18-19веков. Но мифотворцы от истории психиатрии упускают много чего существенно важного, что происходило в мире и в структуре опыта безумия (ну как же без умных слов в рецензии такой книги!) до этого, а именно в классическую эпоху 17-18 столетий.
     Полагаю, Фуко удалось совершить почти невозможное: а именно вскрыть черепную коробку классического человека, проникнуть в его сознание и научиться мыслить, как он. И вместе с ним, человеком классической эпохи, пройти весь тернистый путь, каким прошел опыт безумия за эти двести лет. Ничего удивительного: он просто перелопатил колоссальную кучу первоисточников того периода, сидя в библиотеках, потому книга и получилась настолько системной и одновременно увлекательной. Главу "Врачи и больные" о медицине 18го века я в буквальном смысле читал, держать за живот от смеха. Зато теперь я понимаю, что Ганнеман, отец гомеопатии, писал свой Organon der Heilkunst не с чистого листа, а, скорее всего, лишь систематизируя опыт философии медицины своих предшественников, а принцип Similia similibus - это далеко не его детище. В-общем, для меня эта глава "Истории безумия" стоит особняком и будет перечитываться еще не раз.
    Позволю себе повториться: книга уникальна своей системностью. Вот неполный круг тем, иначе говоря, областей знаний, на которых останавливает свое внимание Фуко, исследуя безумие: живопись Босха и Брейгеля, кальвинизм и его влияние на отношение к бедным, "Великое заточение 17го века" во Франции и экономическая подоплека его окончания, творчество де Сада, связь безумия и неразумия, место безумия в философии медицины и нозологии, превращение изоляторов в психиатрические лечебницы, принципы функционирования последних на примере "Убежища" Тьюка и "Бисетра" Пинеля, и, наконец, зарождение современной психиатрии как области позитивного научного знания. Последняя глава - это обзор развития психиатрии уже в веке 19м, а также крайне интересный анализ безумия в творчестве Гойи, Ницше и Антонена Арто.
     В-общем, кто осилит всю книгу - не пожалеет.

Дениел Киз "Цветы для Элджернона"
trust_every_1
Algernon2
      Небольшой по объему роман "Цветы для Элджернона" вскрывает на удивление много проблем современного общества. Главный герой, 32-летний Чарли Гордон с коэффициентом интеллекта около 70 единиц, подвергается операции на головном мозге, в результате которой его умственные способности начинают стремительно расти. За полгода он постигает всю современную науку, изучает более двадцати языков, что фактически дает ему возможность посмотреть на происходящее вокруг совршенно новыми глазами. И видит он вещи совершенно неприятные. Его коллеги по пекарне, в которой он с 17 лет чистил клозеты, не упускают ни одной возможности поизгаляться над дурачком Чарли. А он-то раньше считал, что смех их есть признак их глубокого к нему расположения и дружбы! Профессора, интеллект которых сначала казался недосягаемой вершиной, на поверку обнаруживают узость кругозора и не способны поддержать разговор на темы, выходящие за рамки их каждодневных исследований. Мотивация всего эксперимента ставится под большой вопрос: слова о том, что этот проект даст возможность тысячам недоразвитых вроде Чарли стать полноценными членами общества, - лишь ширма, прикрывающая низменные карьерные амбиции людей, стоящих за проектом. Светила науки в открытую заявляют, что до операции Чарли Гордона не существовало, что это они, нейрохирурги с психологами, подарили ему существование! Вместе с разумом Чарли обретает и способность вспоминать события своей жизни в семье и детства. Его мать, движимая чувством вины за рождение ребенка-инвалида, тратит последние деньги на врачей, тщетно пытаясь сделать сына "нормальным". Лишь родив совершенно "нормальную" дочь, она отказывается от этих попыток, и, более того, Чарли как сын перестает для нее существовать. Он ошибка природы, его следует держать в подвале, когда в дом приходят поиграть друзья дочери.

      Отдельный, немаловажный для меня лично мотив книги, - мотив осознания быстротечности времени. Наблюдая за регрессом в поведении Элджернона, лабораторной мыши, которой проделали аналогичную операцию, Чарли Гордон приходит к неутешительному выводу, что то же самое в самом скором времени ожидает и его. Подобно Борхесу, ждущему момента наступления полной слепоты, Чарли ждет дня, когда его разум покинет его, и стремится успеть сделать как можно больше. Трогателен эпизод, в котором он посещает заведение на Лонг-Айленде для умственно отсталых, зная наперед, что рано или поздно он сам станет здесь постоянным жильцом.

      Так получилось, что я почти одновременно с романом Киза посмотрел кинофильм "Посетитель музея" режиссера Константина Лопушанского. Он заметно усиливает эффект книги, формально не будучи связан с ней ни сюжетно, ни визуально. "Посетитель музея" возводит тему слабоумия в ранг мистический, почти религиозный, мессианский. Ядерная катастрофа привела к необратимым последствиям на Земле, большинство рождающихся детей умственно отсталые, "дебилы", как их грубо называют те, чей разум не поврежден. А раз дебилы, то и отношение к ним соответствующее: держать в резервациях изолированно от общества. Высшей степенью благородства является взятие на воспитание в "нормальную" семью такого вот блаженного, выполняющего работу слуги. По ходу фильма выясняется, что умалишенные имеют свою мифологию и религию, свои священные книги, проповедников и пророчества. Герой, стремящийся попасть в затопленный Музей, упоминающийся в мессианских пророчествах расы "недоумков", становится в их глазах Тем, Кто должен прийти и спасти их. Странно и немного тревожно звучат слова их молитвы: "Выпусти нас отсюда..."

      А общий знаменатель этих двух произведений - в позднем творчестве Аркадия и Бориса Стругацких. Такие романы, как "Отягощенные злом", "Гадкие лебеди", "Обитаемый остров", которые формально классифицируются как фантастические, читаются совсем не как фантастика и затрагивают вопросы очень земные, в частности, моральный аспект научно-технического прогресса. Доктора, лезущие скальпелем в мозг дурачка, не ведают, что творят. Прогрессор становится агрессором, а блаженны - нищие духом. Мудрость мира есть безумие перед Богом, и, напротив, Бог избрал немудрое, чтобы посрамить мудрых. Замечу в скобках, что я далек от идеализации умственно отсталых, и я вполне осознаю, какой тяжкий крест для окружающих поддерживать жизнь таких людей. Вопрос в другом: насколько оправдано сводить благополучие отдельного индивидуума или всего социума к интеллектуальному развитию? Является ли благо рода человеческого функцией от научного прогресса, или правы те, кто говорят, что чем меньше знаешь - тем крепче спишь?

Жан Бодрийяр. СИМУЛЯКРЫ И СИМУЛЯЦИЯ (Впервые на русском!)
trust_every_1
Эта книга последнего крупного философа современности Жана Бодрийяра получила широкую известность благодаря культовому фильму "Матрица", где она не только цитируется, но и мелькает в кадре. Вплоть до недавнего времени русскоязычная публика была лишена возможности ознакомиться с Библией Матрицы, как "Симулякры и симуляцию" окрестили журналисты. Но до сих пор по загадочным причинам неизданная книга теперь доступна каждому. Жан Бодрийяр. СИМУЛЯКРЫ И СИМУЛЯЦИЯ Перевод http://exsistencia.livejournal.com/ (ссылка обязательна) ОГЛАВЛЕНИЕ
ПРЕЦЕССИЯ СИМУЛЯКРОВ
Божественная ирреферентность образов
Рамсес, или Воскрешение в розовом цвете
Гиперреальное и воображаемое
Политическое чародейство
Обратная сторона ленты Мебиуса
Стратегия реального
Конец паноптизма
Орбитальное и ядерное
ИСТОРИЯ КАК РЕТРОСЦЕНАРИЙ
ХОЛОКОСТ
"КИТАЙСКИЙ СИНДРОМ"
"АПОКАЛИПСИС СЕГОДНЯ"
ЭФФЕКТ БОБУРА: ИМПЛОЗИЯ И АПОТРОПИЯ
ГИПЕРМАРКЕТ И ГИПЕРТОВАР
ИМПЛОЗИЯ СМЫСЛА В СРЕДСТВАХ ИНФОРМАЦИИ
АБСОЛЮТНАЯ РЕКЛАМА - НУЛЕВАЯ РЕКЛАМА
ИСТОРИЯ КЛОНОВ
ГОЛОГРАММЫ
"АВТОКАТАСТРОФА"
СИМУЛЯКРЫ И НАУЧНАЯ ФАНТАСТИКА
ЖИВОТНЫЕ: ТЕРРИТОРИЯ И МЕТАМОРФОЗЫ
ОСТАТКИ
РАСТУЩИЙ ТРУП
ПОСЛЕДНЕЕ ТАНГО ЦЕННОСТИ
О НИГИЛИЗМЕ
Текст одним файлом, размещенный по требованиям Википедии, здесь: Библиотека Мошкова: Жан Бодрийяр. СИМУЛЯКРЫ И СИМУЛЯЦИЯ скачать